Глава 4. Явившаяся плодом долгих наблюдений и мучительных размышлений о смысле, сущности и природе пития

strict warning: Only variables should be passed by reference in /home/ibralgin/bachelorcuisine.com/docs/modules/book/book.module on line 559.
 

Запрет вина, закон, считающийся с тем,
Кем пьется и когда, и много ли, и с кем.
Когда соблюдены все эти оговорки,—
Пить — признак мудрости, а не порок совсем.

Омар Хайям. Рубай

«Насчет питья вина не скажу я — не пей, но не скажу и — пей. Ведь юноши по совету других все равно от юношеских поступков не откажутся. Мне тоже часто говорили, да я не слушал, а вот после пятидесяти лет оказал мне господь всевышний милость и пожаловал отказ от вина…

…Поистине, всякая пища и питье, если есть и пить без распорядка и обычая, — не на пользу…

И всегда с вином будь настолько осторожен, чтобы еще для двух-трех кубков место оставалось. Остерегайся и кубка страсти, и кубка опьянения, ведь страсть и опьянение не во всем вине и всей пище, пресыщение в последнем глотке, так же как опьянение в последнем кубке. Потому-то ешь глотком меньше и пей кубком вина меньше, чтобы быть в безопасности от превышения и в том и в другом».

Кабус-Намэ. (Средневековый трактат. XI в.)

«Вина и крепких напитков не пей ты и сыны твои с тобою, когда входите в скинию собрания, чтобы не умереть».

Левит, X, 9

Еще бокалов жажда просит
Залить горячий жир котлет…

А. С. Пушкин. «Евгений Онегин»

«В девять часов он закусывал: съедал тарелку молочного супа, половину бараньей ноги, пирог из цапли и выпивал пять рюмок брюссельского вина. В десять часов он высасывал несколько слив, орошая их орлеанским вином… В полдень для препровождения времени oн обгрызал какую-нибудь птичью гузку, присоединяя к ней и крылышко. В час он начинал думать о своем обеде и сообразно с этим выливал в себя добрый стакан испанского вина. Затем он ложился в постель и дремал минутку для отдохновения.

Проснувшись, он начинал, для возбуждения аппетита, с соленой лососины, к которой присоединялась большая кружка антверпенского двойного пива. Затем он переходил в кухню и располагался здесь перед очагом, где весело трещали дрова. Внимательно следил он за тем, как здесь жарится… телячья вырезка или подрумянивается на вертеле ошпаренный поросенок, который казался ему много предпочтительнее ломтя сухого хлеба… Затем он опять ложился в постель… в два пробуждался, проглатывал немножко свиного студня, запивая его бургундским… В три часа он съедал цыпленка в мадере, которого запивал двумя стаканами мальвазии… В половине четвертого он закусывал полубанкой варенья, запивая его медом».

Шарль де Костер. «Легенда об Уленшпигеле»

Надо есть и запивать, а не пить и закусывать.

Вероятно, народная мудрость.

Шекснинска стерлядь золотая,
Каймак и борщ уже стоят;
В графинах вина, пунш, блистая
То льдом, то искрами, манят;
С курильниц благовонья льются,
Плоды среди корзин смеются,
Не смеют слуги и дохнуть,
Тебя стола вкруг ожидая;
Хозяйка статная, младая,
Готова руку протянуть…
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Блаженство не в лучах порфир,
Не в вкусе яств, не в неге слуха;
Но в здравьи и спокойстве духа, —
Умеренность есть лучший пир.

Г. Р. Державин. «Приглашение к обеду»

«Они набрали полные мешки одуванчиков и унесли вниз, в погреб. Вывалили их из мешков, и во тьме погреба разлилось сияние. Винный пресс дожидался их, открытый, холодный. Золотистый поток согрел его. Дедушка передвинул пресс, повернул ручку, завертел — быстрей, быстрей — и пресс мягко стиснул добычу…

Сперва тонкой струйкой, потом все щедрей, обильней побежал по желобу в глиняные кувшины сок прекрасного жаркого месяца; ему дали перебродить, сняли пену и разлили в чистые бутылки из-под кетчупа — и они выстроились рядами на полках, поблескивая в сумраке погреба…»

Рэй Бредбери. «Вино из одуванчиков»

«— Дорогой Степан Богданович, — заговорил посетитель, проницательно улыбаясь, — никакой пирамидон вам не поможет. Следуйте старому доброму правилу — лечить подобное подобным. Единственно, что вернет вас к жизни, это две стопки водки с острой и горячей закуской…

…Степа, тараща глаза, увидел, что на маленьком столике сервирован поднос, на коем имеется нарезанный белый хлеб, паюсная икра в вазочке, белые маринованные грибы на тарелочке, что-то в кастрюльке и, наконец, водка в объемистом ювелиршином графинчике…

…Открыли кастрюлю — в ней оказались сосиски в томате».

«Супруга его принесла из кухни аккуратно нарезанную селедочку, густо посыпанную зеленым луком. Никанор Иванович налил лафитничек, выпил, подхватил на вилку три куска селедки… а Пелагея Антоновна внесла дымящуюся кастрюлю, при одном взгляде на которую сразу можно было догадаться, что в ней, в гуще огненного борща, находится то, чего вкуснее нет в мире, — мозговая кость».

«— Чашу вина? Белое, красное? Вино какой страны вы предпочитаете в это время дня?..»

«Бегемот наколдовал чего-то у пасти Нептуна, и тотчас с шипением и грохотом волнующаяся масса шампанского ушла из бассейна, а Нептун стал извергать не играющую, не пенящуюся волну темно-желтого цвета. Дамы с визгом и воплями — Коньяк! — кинулись от краев бассейна за колонны.

Бегемот отрезал кусок ананаса, посолил его, поперчил, съел и после этого так залихватски тяпнул вторую стопку спирта, что все зааплодировали».

«Пришедший не отказался и от второй чашки вина, с видимым наслаждением проглотил несколько устриц, отведал вареных овощей, съел кусок мяса.

Насытившись, он похвалил вино:

— Превосходная лоза, прокуратор, но это не „Фалерно“?

— „Цекуба“, тридцатилетнее, — любезно отозвался прокуратор».

Михаил Булгаков. «Мастер и Маргарита»

«Ученые, врачи, медицинские общества и учреждения утверждают полезность виноградного вина, справедливо подчеркивая его питательное и лечебное значение, и противопоставляют его водке.

Многовековой опыт всех народов, подтверждая этот вывод науки, убедительно свидетельствуют о вреде и бедствиях алкоголизма, связанных, как правило, с потреблением не вина и пива, а именно водки.

Еще в 1936 г., разоблачая легенду о „русском пьянстве“, товарищ Микоян говорил:

„Некоторые думают и говорят о том, что у нас, мол, много водки пьют, а за границей, вот, мало пьют. Это — в корне неверное представление… Но почему же до сих пор шла слава о русском пьянстве? Потому, что при царе народ нищенствовал, и тогда пили не от веселья, а от горя, от нищеты. Пили, именно, чтобы напиться и забыть про свою проклятую жизнь. Достанет иногда человек на бутылку водки и пьет, денег при этом на еду не хватало, кушать было нечего, и человек напивался пьяным. Теперь веселее жить стало. От хорошей и сытой жизни не напьешься. Веселее стало жить, значит, и выпить можно, но выпить так, чтобы рассудка не терять и не во вред здоровью“.

…Товарищ Микоян в 1936 г. рассказывал: „Товарищ Сталин занят величайшими вопросами построения социализма в нашей стране. Он держит в сфере своего внимания все народное хозяйство, но при этом не забывает и мелочей, так как всякая мелочь имеет значение. Товарищ Сталин сказал, что стахановцы сейчас зарабатывают много денег, много зарабатывают инженеры и другие трудящиеся, А если хотят купить шампанского, смогут ли они его достать? Шампанское — признак материального благополучия, признак зажиточности“».

Книга о вкусной и здоровой пище. М., 1952

«Японцы употребляют крепкие напитки. Многие из них, а особенно простой, народ, даже любят их и часто, по праздникам, напиваются допьяна; но вместе с тем склонность к сему пороку не столь велика между ними, как между многими европейскими народами; быть пьяным днем почитается у них величайшим бесчестием даже между простолюдинами; и потому пристрастные к вину напиваются вечером, после всех работ и занятий, и притом пьют понемногу, разговаривая между собой дружески, а не так, как у нас простой народ делает: „тяпнул вдруг, да с ног долой“».

Записки капитана В. М. Головнинй
в плену у японцев в 1811, 1812 и 1813 годах

«Японцы быстро напиваются, но зато так же быстро трезвеют. Похоже, что они упражняют силу воли умением то целиком распускать, то вновь натягивать вожжи. В компании японцев иностранец чувствует себя иа первых порах чересчур трезвым: ему кажется, что собутыльники вот-вот свалятся под стол. Зато потом он не может сразу взять себя в руки, как остальные».

Д. Инрайт. «Мир росы». Лондон, 1954

Прежде чем приступить к рассуждениям относительно такой воистину тончайшей и сложнейшей материи, как алкоголь и его роль в холостяцкой (и не только!) жизни, хочу предупредить читателя: не следует особенно доверять автору; автор — дилетант в этом вопросе. Верить можно только профессионалам. Непрофессионализм — одно из главных несчастий нашей отчизны. Мы уже знаем, что происходит, когда государством управляют прачки, культурой ведают ткачихи, строят дороги солдаты, убирают хлеб студенты и кандидаты наук, милицией командуют вчерашние комсомольские работники, а экономикой и промышленностью заправляют партийные функционеры. Поэтому я оставляю за собой право на разглагольствования, а вам выдаю сертификат на то, чтобы доверять им или нет.